Материалы выпуска
Правила смены ориентиров Рынок «Право.ru-300»: отыщи лидеров Рынок Банков суд Экспертиза Свои среди чужих Рынок Методология рэнкинга «Право.ru-300» Экспертиза Компании — лидеры рынка юридических услуг Экспертиза Отраслевой рэнкинг Экспертиза Экспертный совет рэнкингов «Право.ru-300»: кто есть кто Экспертиза «Новеллы ГК дадут преимущество ряду российских юрфирм» Инструменты Законы оптимизации Рынок Право на букву i Инновации
Рынок
Материалы выпуска
Правила смены ориентиров
Материалы подготовлены редакцией партнерских проектов РБК+.
Автор: Ирина Кондратьева, «Право.ru»
Фото: Getty Images Russia
В 2014 году сокращение объема рынка юридических услуг оценивалось в 15%, текущий год усугубил тенденцию.

Черная полоса, наступившая в 2014 году для юррынка, в конце 2015-го уже кажется белой — примерно так оценивают правоведы перемены, произошедшие за текущий год. Официальных данных об объеме российского рынка юридических b2b-услуг не существует, но крупнейшие игроки оценили его в $0,7–1,1 млрд, а снижение по сравнению с прошлым годом — примерно в 15%.

Больше других пострадал от кризиса рынок независимого юридического консалтинга, деньги из которого прямиком попадают корпоративным юристам, или инхаусам. Эксперты полагают, что данная тенденция сохранится и в следующем году. Основная задача в этой сфере — сохранение бизнеса и клиентов.

К другим берегам

Помимо сжатия рынка консалтинга изменилось соотношение традиционных практик в компаниях. Если до кризиса значительное число юристов были заняты в секторе слияний и поглощений (M&A, mergers and acquisitions) и операциях с недвижимостью, то в 2015 году фокус сместился к судебной и антимонопольной практикам.

Однако и крупные игроки рынка, и средние юрфирмы cо штатом от 20 до 30 юристов сходятся в том, что перспективы не исчезли, а просто поменяли вектор. «В конце 2014 года стало очевидно смещение спроса на рынке юридических услуг, и мы постарались адекватно отреагировать на эти изменения, — комментирует ситуацию Сергей Пепеляев, управляющий партнер «Пепеляев групп». — В начале года мы выделили в отдельные практики банкротства и антикризисную защиту бизнеса, интерес к этим услугам сейчас очень высок».

«По нашим наблюдениям, в текущем году объемы рынка M&A сохранились на очень низком уровне, в целом сопоставимом с уровнем 2014 года. С начала лета, однако, мы наблюдаем некоторое оживление в этой сфере, но не до конца ясно, объясняется ли это эффективностью нашей работы в фирме или же общими улучшениями на рынке», — рассказывает Антон Ситников, партнер Goltsblat BLP. По его словам, сегодняшний рынок характеризуется фактически отсутствием новых иностранных инвесторов: сделки происходят главным образом между российскими компаниями, а также с участием госкомпаний.

Дел о банкротстве в этом году действительно стало значительно больше, подтверждает Игорь Дубов, партнер юридической группы «Яковлев и партнеры». Связано это с тем, что должники не исполняют обязательства по возврату кредитов, что вынуждает банки инициировать дела о банкротстве, поясняет он. Сыграло свою роль и решение об отзыве лицензий у ряда банков.

Похоже, что спрос на практику банкротств сохранится и в дальнейшем. «Дела о банкротстве, как правило, длятся годами, напоминает Антон Пуляев, заместитель председателя коллегии адвокатов «Де-Юре». Интересно, что по сравнению с кризисным 2008 годом бизнес не стремится получать активы посредством процедуры банкротства, обращает внимание Игорь Дубов: сегодня спрос на банкротные юрлица невелик, и здесь проблема скорее экономического, чем юридического характера.

Традиционные практики перераспределились в большинстве российских юридических компаний. «Нельзя сказать, что юридический бизнес сегодня испытывает действительно серьезные проблемы, однако доходность в определенных практиках существенно снизилась, — комментирует ситуацию Роман Скляр, управляющий партнер юридической фирмы «Интеллектуальный капитал». — Это такие практики, как недвижимость и строительство, корпоративное право, практика международных торговых отношений. Снижение доходности в практиках связано в первую очередь с уменьшением количества сделок по этим направлениям».

Кроме того, крупные компании стараются большую часть работы делать силами юристов-инхаусов — проекты, которые раньше передавались на аутсорсинг, теперь делаются за счет собственных департаментов, численность которых заметно выросла.

Кризис в банковской сфере также не мог не сказаться на соответствующей практике. Массовый отзыв лицензий привел к тому, что занятые в этой отрасли юристы ушли в другие области права или попросту превратились в «универсалов», отказавшись от узкой специализации и начав консультировать клиентов по самому широкому кругу вопросов.

Налоговый авангард

Зато у налоговых юристов работы только добавилось. В первую очередь благодаря административному давлению со стороны налоговиков, пытающихся всеми правдами и неправдами пополнить госбюджет. Тактика приносит плоды. По данным ФНС, российские фискалы в прошлом году принесли в казну дополнительно более 1 трлн руб., из которых 280 млрд руб. (27% общего прироста поступлений) появились благодаря «администрированию» — проверкам, расширению налоговой базы и т.д.

Последним нововведением стали поправки в Налоговый кодекс РФ, уже одобренные профильным комитетом Госдумы, которые обяжут компании раскрывать информацию о сумме уплаченных налогов, численности и доходе сотрудников, а также о доходах и расходах по данным бухгалтерской отчетности.

Партнер BGP Litigation Александр Голиков подтверждает, что дефицит бюджета власти пытаются покрыть в том числе через изменение практики рассмотрения налоговых споров и ужесточение налогового контроля.

Однако это общемировой тренд. Например, в Великобритании установлен принцип солидарной ответственности. Он заключается в том, что при выявлении в цепочке продавцов товара исчезнувшей фирмы-однодневки права на возмещение НДС лишаются все звенья — они обязаны заплатить налог и за пропавшего контрагента.

Выявление фирм-однодневок и случаев взаимоотношений с ними налогоплательщиков давно заботит и российских налоговых инспекторов. К слову, в последнее время они стали эффективнее обосновывать неправильную юридическую квалификацию совершенных сделок.

Это заставляет бизнес не просто оптимизировать сделки, но и использовать только легальные способы налогового планирования. А вот тут без квалифицированных юристов не обойтись никак.

Дополнительным фактором увеличения нагрузки на налоговых юристов стал вступивший в силу закон о контролируемых иностранных компаниях (КИК), обязывающий российских физических и юридических лиц платить налоги со своих иностранных структур. Отчитываться о КИК (доля владения — от 25%) и их прибыли предстоит в 2016 году, платить налоги необходимо с 2017 года, а до 15 июня 2015 года надо было подать в ФНС уведомления о своих долях (от 10% и выше) в иностранных компаниях. Подобные меры вынудили крупный бизнес не только поработать с отчетностью, но зачастую и ликвидировать зарубежные структуры.

Значительное увеличение нагрузки на практики не всегда ведет к росту доходов юристов. «Во-первых, при увеличении числа судебных дел суммы исковых требований стали ниже, чем раньше, потому что уменьшились и суммы сделок. Во-вторых, клиенты сейчас часто торгуются и в итоге добиваются существенного снижения стоимости юридической работы», — отмечает Роман Скляр.

Новая жизнь

За этот год пока не закрылся ни один российский офис транснациональных юрфирм, давно практикующих у нас в стране. Однако клиентская база «ильфов» (от англ. аббревиатуры ILF — international law firm) существенно изменилась.

«После введения санкций мы были вынуждены отказаться от нескольких клиентов и от ряда сделок, а где-то не смогли участвовать в тендерах по ряду проектов», — сетует Сергей Войтишкин, управляющий партнер офисов Baker & McKenzie в СНГ.

Из-за международных ограничений в практику таких компаний вошли расторжения международных контрактов и оспаривание санкций — процессы, которые не годятся на долгосрочную перспективу, но вполне подойдут для того, чтобы переждать нелегкие времена.

В целом же в практиках ILF сформировался и новый тренд — поворот на Восток, обусловленный укреплением политического и экономического сотрудничества с Китаем и странами АТР. Существует спрос на сопровождение трансграничных сделок и консультирование по вопросам ведения бизнеса на Востоке — направление, сравнительно новое для зарубежных юрфирм в России.

Возможности и опасности

Сказался кризис и на рынке труда правоведов. При этом далеко не все из них оценивают перемены негативно.

«Ситуация действительно неординарная: мы видим не отдельных хороших юристов, а целые команды, ушедшие в полном составе из крупных юрфирм», — поясняет Сергей Пепеляев. Такая ситуация дарует и новые возможности. Если у кого-то есть необходимость оперативного создания отдельных практик в рамках юрфирмы, то сейчас самое подходящее для этого время, добавляет он. Однако рассчитывать приобрести профессионалов со скидкой не приходится: на действительно хороших специалистов придется раскошелиться.

Побороться за кадры приходится и в консалтинге: в то время как переходить из одной компании в другую юристы не торопятся, миграция из консалтинга в инхаус заметна, отмечают в рекрутинговом агентстве Norton Caine Legal Recruitment.

Кандидатов на должности при этом оказывается значительно больше, чем вакансий: три четверти (76%) соискателей в правовой сфере нашли подходящее место за прошедшие полгода.

Падение экономики повлекло за собой и сокращение доходов значительной части юристов. Так, гонорары частнопрактикующих адвокатов (чья единственная клиентура — физические лица) упали сразу на 10–15%. Многие независимые юркомпании заморозили рост зарплат, а также сократили ежегодные планы премирования.

При этом рынок корпоративных юристов находится в более стабильном положении: хотя в рублях зарплаты и не растут, в компаниях используют бонусную систему поощрения. Такие бонусы, по данным Norton Caine Legal Recruitment, могут достигать 30–65% годового дохода.

Больше других повезло юристам международных компаний. Их компенсации, часто номинированные в иностранной валюте, автоматически возросли за счет роста доллара или евро к рублю.

Время учиться

Любой кризис — отличное время для получения новых знаний. Пока зарплаты правоведов падают, сохраняется стабильно высокий спрос на юридическое образование.

Каждый десятый молодой специалист сегодня — выпускник юрфака. Каждый год из российских вузов выпускается более 100 тыс. будущих судей, следователей, адвокатов и нотариусов. Ежегодный «прирост в профессии» — примерно один юрист на 1000 человек. Для сравнения: в США, где отмечается переизбыток выпускников юридических специальностей, этот показатель — один юрист на 7000 человек.

Самая прозаическая причина устойчивой популярности юридической профессии — высокий уровень доходов (см. таблицу). По данным Росстата за последние годы, средняя зарплата юриста стабильно в 2–2,5 раза выше, чем представителей большинства других профессий.

К тому же, получая на руки диплом о высшем юридическом образовании, выпускники могут выбирать дело по душе из широкого перечня специальностей. В частности, «корочка» правоведа открывает многим дорогу на госслужбу. Как следует из всех опросов общественного мнения, работа чиновника в нашей стране еще долго останется в списке желанных.