Материалы выпуска
Мобильная точка роста Рынок «Цифровая экономика — реальность, в которой мы живем» Рынок На пути к цифровой экономике Экспертиза Начало открытости Решения Экосистема цифровой экономики России Рынок Сетевые угрозы Решения «Умные» и мобильные вещи Экспертиза От традиционного телекома к цифровой экосистеме Экспертиза
Экспертиза
Материалы выпуска
На пути к цифровой экономике
Материалы подготовлены редакцией партнерских проектов РБК+.
Автор: Сергей Алимбеков*
Фото: Getty Images Russia
Цифровая экономика — это экономика интернета, построенная на открытых стандартах и платформах, агрегирующих и повышающих ценность больших объемов данных.

* Автор — заместитель директора по техническому
развитию Фонда развития интернет-инициатив (ФРИИ).

Для более быстрого становления цифровой экономики нужно решить целый ряд проблем — причем скорее ментальных и организационных, чем технологических.

Развитие российской интернет-отрасли привычно отслеживают с помощью таких индикаторов, как количество пользователей Сети, километраж проложенных кабелей, число смартфонов на руках населения, сайтов в зоне.ru. Однако, измеряя таким образом, мы загоняем себя в устаревшую парадигму прошлых десятилетий, когда только закладывалась основа современной цифровой экономики, и обрекаем себя на постоянное технологическое отставание.

Интернет прошлого легко описывался пропускной способностью, числом сайтов и построенных ЦОДов. Точно так же, как в индустриальном обществе основой инфраструктуры помимо дорог и мостов стали физические объекты — станки и заводы, а в постиндустриальном — телеграфные и телефонные кабели. Но времена «железной» инфраструктуры ушли в прошлое больше десятка лет назад — когда инвесторы всего мира были опьянены сладким будущим телекомов.

Интернет, которым нужно грезить сегодня, — это триумвират стандартов, платформ и протоколов. Чем быстрее наша отрасль перестроит не только свой лексикон, но и способ мышления, тем более конкурентоспособной окажется российская экономика в цифровой эпохе.

Новые платформы

В цифровой экономике ядром новой инфраструктуры выступает софт, который ложится поверх сетей, гаджетов и датчиков, уже развернутых, но зачастую не утилизированных в полной мере. Тысячи и миллионы строчек сложного кода, объединенные мощной глобальной идеей и бизнес-моделью, способны менять целые рынки. Uber уже не только транспортная платформа: он выходит на рынок логистики и доставки. WeChat — состоявшаяся финансовая и торговая платформа, угрожающая банкам и игрокам электронной коммерции. Свои платформы для интернета вещей продвигают и Google, и Huawei. Платформой больших данных собирается стать Facebook. Это будущее еще не определено, потому что для данных и больших данных у нас до сих пор нет понятийного аппарата.

Для одного из наших проектов по обработке Big Data нам понадобились данные геопозиционирования пользователей от мобильного оператора. Хотя партнер был готов нам их в обезличенном виде предоставить, все остановилось в процессе согласования договора. Почему? Все дело в отсутствии нормативов: нет никаких формально обозначенных понятий, что такое данные, кому их можно и нельзя передавать, как именно это делать и пр. Нет ни закрепленного нормативами языка, предназначенного для описания работы цифровой экономики, ни стандартов его использования.

Во ФРИИ мы часто говорим, что данные — это новая нефть. Но есть один важный нюанс: ценность нефти не снижается в зависимости от времени, которое ушло на ее хранение. В отношении данных это не совсем верно. Данные без движения, без обмена между компаниями легко обесцениваются. Просто накопить много данных, а затем продавать их куда-то на сторону — то же самое, что топить печку ассигнациями.

Ценность каждой порции данных несоизмеримо возрастает, если уметь ее правильно извлекать, структурировать и обмениваться с другими игроками рынка. Разумеется, с помощью накопленного массива данных можно решить какие-то внутренние проблемы компании. Но синергетический эффект в цифровой экономике возрастает только при свободном обмене данными. Для этого надо создать правила и условия обмена, соответствующие технологии, API — в общем, ту самую инфраструктуру. На базе этой инфраструктуры появится масса дополнительных сервисов и стартапов. Например, всего десять лет назад, чтобы купить билет на самолет, нужно было стоять в очереди в кассу авиакомпании, а отель приходилось бронировать по телефону. Появление в отрасли цифровой инфраструктуры дало предпринимателям возможность открыть десятки конкурирующих сервисов — некоторые из них выросли в настоящих гигантов интернет-отрасли. А сама индустрия авиаперевозок получила приток новых клиентов и прозрачность, о которой можно было раньше только мечтать.

Стимулирующие стандарты

На пути к становлению цифровой экономики предстоит решить целый ряд проблем. Например, проблему так называемого цифрового феодализма, когда каждый уважающий себя IT-специалист разрабатывает собственную информационную систему как для бизнеса, так и для государства. Создание объединенной информационной системы или реестра таких систем — тупиковый путь: как только ты написал ТЗ на такую систему, оно в тот же момент становится устаревшим. Преодолеть проблему цифрового феодализма можно с помощью агентов по обмену данными, которые будут обеспечивать передачу информации между всеми этими системами. Над одним из таких механизмов работает и ФРИИ — это IDX, механизм для обмена данными в инфраструктуре новой цифровой экономики.

IDX — лишь один из примеров распределенной сервисной платформы будущего, которая может стать точкой роста цифровой экономики. Системы обеспечения целостности и систематизации больших данных, фиксации событий на базе умных контрактов и технологии блокчейн, искусственного интеллекта и виртуальной реальности — вот сквозные проекты, которые будут создавать новые рынки и источники дохода в цифровой экономике. Пользователями всех этих платформ будем все мы. Мы уже пользуемся множеством финтехсервисов, Uber или мессенджерами, которые обеспечивают не только коммуникации между людьми, но и между людьми и «машинами» или «машинами» в общении между собой. Это только начало.