Пожалуйста, отключите AdBlock!
AdBlock мешает корректной работе нашего сайта.
Выключите его для полного доступа ко всем материалам РБК
Санкционное послевкусие
Материалы выпуска
Беда в кармане Инструменты Санкционное послевкусие Рынок Полис по должности Инструменты
Рынок
0
Материалы подготовлены редакцией партнерских проектов РБК+.
Материалы выпуска
Материалы выпуска
Санкционное послевкусие
Первые итоги работы «дочки» ЦБ — Российской национальной перестраховочной компании (РНПК) привели к трениям. Страховщики жалуются, что РНПК требует слишком много информации, а перестраховщику не нравится качество рисков.
Фото: Сергей Мальгавко/РИА Новости

Масштабный проект по созданию РНПК был реализован ЦБ в сжатые сроки — за полгода в 2016-м удалось убедить депутатов принять закон о такой компании, укомплектовать ее штат и получить лицензию. Это стало ответом властей на невозможность российских коммерческих страховщиков обеспечить защитой крупных клиентов, подпавших под санкции: например, строительство трех атомных ледоколов Объединенной судостроительной корпорацией (ОСК). Западные компании отказали нашим страховщикам в своей емкости под такие риски. В минувшем октябре госкомпания получила лицензию, объявленный уставный капитал — 71 млрд руб., оплаченный уставный капитал — 21,3 млрд руб. Компания уже приносит прибыль, правда, пока в основном за счет инвестдохода.


Первые итоги     

В январе—марте 2017 года чистая прибыль РНПК составила 435 млн руб. Выйти на прибыль от страховой деятельности компания надеется по итогам полугодия. В первом квартале объем начисленной премии составил 1,3 млрд руб. по 1313 договорам, 66% премий пришлось на страхование имущества юрлиц, 12% — страхование предпринимательских и финансовых рисков. В первом квартале было заявлено 40 убытков на сумму около 93 млн руб. По словам президента РНПК Николая Галушина, в 2017 году компания планирует собрать 7,5 млрд руб. премий и получить прибыль в размере 2,7 млрд руб.

Десятина РНПК

Деятельность РНПК с 1 января 2017 года предусматривает так называемую цессию — передачу компании с рынка 10% санкционного риска. Этот объем бизнеса РНПК обязана принять.

По другим рискам страховщиков обязали предлагать РНПК 10% от всего передаваемого ими в перестрахование бизнеса, а компания при этом вправе решать — брать ли их и в каком размере.

Доля санкционного бизнеса в портфеле РНПК в январе—марте составила менее 5% от всего объема премий. «Эта цифра ни о чем не говорит, так как основная масса договоров перестрахования заключается ближе к окончанию года», — объясняет результат президент РНПК Николай Галушин. Оценить долю санкционного бизнеса в портфеле РНПК и на страховом рынке возможно будет только в 2018 году, когда в периметр действия закона об обязательной 10-процентной цессии войдут все договоры перестрахования. Ранее Всероссийский союз страховщиков (ВСС) подсчитал: объем находящегося под санкциями бизнеса может принести страховщикам около 5 млрд руб. премий в год, из которых, по расчетам РНПК, порядка 1,5 млрд руб. в год будет доставаться ей.

Первый квартал работы РНПК подтвердил ожидания рынка: по санкционным рискам емкость компании оказалась востребована в размере, превышающем обязательную 10-процентную цессию, говорит один из крупных страховщиков, пожелавший остаться неназванным. В таких случаях у РНПК есть возможность применять собственную андеррайтинговую политику к оценке риска. То есть РНПК может самостоятельно оценивать риск, но делает это в одном случае — когда у прямого страховщика нет ответов на вопросы РНПК по риску. «Однако такая политика (оценки риска) пока четко не определена и не всегда понятна страховщикам, что и составляет основную сложность», — жалуется один из страховщиков.

«Конечно, мы пользуемся той возможностью, которую нам дает РНПК по санкционным рискам», — признается генеральный директор СПАО «Ингосстрах» Михаил Волков. Емкость перестраховщика более чем на 10% особенно востребована для крупных оборонных, космических, авиационных и морских рисков, говорит он. РНПК сегодня предлагает страховщикам такую емкость для санкционных рисков, которую в настоящий момент не может предложить ни один другой перестраховщик, отмечает руководитель департамента страхования имущества компании «Уралсиб Страхование» Михаил Дорофеев.

Однако первый квартал работы РНПК стал для страховщиков неожиданностью. Компании столкнулись с большим количеством вопросов в отношении предлагаемых рисков, а информации по ним зачастую требовалось предоставить больше, чем на западные рынки. «То, что мне рассказывают коллеги из ежедневного общения с андеррайтерами РНПК, — там очень много непростых вопросов, какие-то решаются, какие-то остались нерешенными», — констатирует Волков.

РНПК задает вопросы по условиям страхования, подтверждению размещения риска в перестрахование другим перестраховщикам. «Соглашусь, сейчас это выглядит так, что мы задаем лишние вопросы. Но ведь другие перестраховщики уже работают по этим рискам, возможно, даже не первый год, а мы только начинаем участвовать в перестраховании этих рисков», — разъясняет позицию компании Николай Галушин.

Несанкционный бизнес РНПК берет охотнее, отмечают страховщики. Однако и в приеме таких рисков бывают отказы: более чем из 80 оферт, которые СОГАЗ направил в РНПК в первом квартале, от двух перестраховщик отказался. «В основном это происходит по причине заполнения емкости РНПК, например, обязательными долями других страховщиков», — говорит представитель СОГАЗа. Всего из 2529 поступивших в первом квартале оферт РНПК отказала в принятии в перестрахование порядка 1250, по которым общий объем премии составил около 85 млн руб.

РНПК готова подстраивать свои процессы под потребность страховщиков, однако это не значит, что она смягчит свою андеррайтинговую политику и будет принимать в перестрахование все подряд, говорит Николай Галушин. «Мы удивлены тому количеству плохих и недооцененных рисков, которые предлагают нам некоторые компании. Не исключено, что рынок нас таким образом тестирует. Но и факты просто низкого уровня андеррайтинга тоже имеют место», — рассказывает он. Недовольство страховщиков, скорее всего, вызвано их желанием добиться отказа РНПК от принятия риска, «учитывая высокую маржинальность договора», полагает заместитель директора группы рейтингов финансовых институтов АКРА Евгений Шарапов. Другими словами, страховщики не хотят делить прибыль с РНПК, которую они получают от перестраховочной деятельности, поясняет эксперт.

Не только импортозамещение

Начало работы РНПК вызывало особую обеспокоенность у иностранных перестраховщиков в России, поскольку доступный для них объем бизнеса мог уменьшиться как минимум на обязательные 10% от всех рисков, размещаемых в перестрахование. Однако в первом квартале объем входящего бизнеса у иностранных перестраховщиков не снизился, рассказывает глава московского представительства перестраховочной компании Barents Re Денис Николайцев. «В длительной перспективе наша компания пока склонна придерживаться пессимистичной модели, предусматривающей падение подписанной премии на уровне 10%», — говорит эксперт.

В Минфине, который пишет законы для страхового рынка, намерены внимательно следить за работой и результатами РНПК. Здесь считают, что перестраховщик не должен зацикливаться только на работе с санкционным бизнесом, а больше внимания уделять классическому перестрахованию и работе с новыми продуктами. «Нам бы хотелось видеть работу РНПК в направлении страхования несанкционных рисков: в направлении перестрахования рисков в сельском хозяйстве, в частности страхованию рисков жилья от чрезвычайных ситуаций. И здесь большое значение будет уделяться передаче части рисков в РНПК», — говорит заместитель директора департамента финансовой политики Минфина Вера Балакирева.

По итогам первого квартала акционер перестраховщика — Банк России — планирует привлечь РНПК в качестве надзорного инструмента и выяснить, какие риски страховщики направили в компанию как цессию. Так регулятор хочет повысить прозрачность рынка перестрахования в России, что поставит дополнительный заслон операциям по выводу капитала. «Когда цифры экспертов показывают, что около трети рынка перестрахования — сомнительные операции, возникают вопросы», — говорит директор департамента страхового рынка Банка России Игорь Жук. В 2016 году, по данным ЦБ, объем премий, который российские страховщики передали в перестрахование, составил 132,1 млрд руб.