Пожалуйста, отключите AdBlock!
AdBlock мешает корректной работе нашего сайта.
Выключите его для полного доступа ко всем материалам РБК
Споры об иммунитете
Материалы выпуска
Лекарства вступают в союз Решения «Производителям стран ЕАЭС необходимо актуализировать досье препаратов» Рынок Споры об иммунитете Инновации
Инновации
0
Материалы подготовлены редакцией партнерских проектов РБК+.
Материалы выпуска
Споры об иммунитете
60 лет назад белок интерферон впервые был описан как противовирусное средство. Сегодня иммунотерапия уже готова шагнуть дальше.
Фото: Legion media

Первая линия обороны

История интерферонов — белков, относящихся к классу гликопротеинов, объединенных под общим названием «цитокины», — началась в 1957 году в Национальном институте медицинских исследований в Лондоне. Два вирусолога, британец Алик Айзекс и швед Джин Линденман, изучали уникальное явление, которое позднее было названо интерференцией вирусов. Суть его сводится к тому, что если организм уже заражен каким-то вирусом, то заразиться другим он уже не может. Этот эффект ученые исследовали на куриных яйцах, которые сначала заражали инактивированным вирусом гриппа, а потом пробовали заразить живым вирусом того же типа. Безуспешно: в сосудистой мембране куриных эмбрионов вирус не размножался. В опубликованном по результатам экспериментов труде ученые назвали интерфероном антивирусное вещество, вырабатывающееся в клетках организма-хозяина и препятствующее заражению.

Только в 1977 году Крис Тан и его группа впервые выделили чистый биологически активный человеческий лейкоцитарный интерферон бета (IFN-β). Человеческий интерферон альфа (IFN-α) был выделен в 1978-м. Окончательные доказательства того, что именно интерфероны отвечают за эффект интерференции вирусов, были получены только в начале 1980-х годов, когда была выявлена вся генетическая подоплека этого процесса. До этого интерфероны и все, что с ними связано, не выходили за пределы лабораторий и научных журналов.

Сегодня известно, что интерфероны — первая линия обороны от вирусных, бактериальных, грибковых инвазий, а также злокачественных клеток в организме животных и человека. Эти белки запускают механизм иммунного ответа, что вызывает ускоренное воспроизводство клеток иммунной системы, таких как Т-лейкоциты и макрофаги.

Производить интерфероны в промышленных масштабах, необходимых для медицинского применения, научились чуть более 30 лет назад, используя для этого уже не клетки человеческой крови, а культуры бактерий и дрожжи, подготовленные с помощью технологии рекомбинирования ДНК. Также интерферон может быть получен на рекомбинантных клетках млекопитающих.

Лекарство высоких дозировок

Сегодня на мировом фармацевтическом рынке представлено более 15 человеческих интерферонов. Продажи растут с каждым годом параллельно с появлением новых сведений об эффективности отдельных препаратов в лечении таких тяжелых заболеваний, как гепатит B, гепатит C, меланома, лейкемия (интерферон альфа и интерферон гамма), множественный склероз (интерферон бета), карцинома. Для лечения практически всех перечисленных тяжелых хронических заболеваний используются препараты с очень высокой дозировкой, что, с одной стороны, и обеспечивает терапевтический эффект, но, с другой, несет риски побочных эффектов.

В России интерфероны представлены крайне неоднородной группой препаратов: от очень дорогих лекарств для лечения рассеянного склероза и гепатита до относительно дешевых средств повседневного спроса от ОРВИ и гинекологических заболеваний. По данным российской RNC Pharma, суммарный объем рынка интерферонов по итогам 2016 года в России составил около 17,2 млрд руб. (в розничных ценах), что соответствует почти 29 млн упаковок. Рост в 2016 году к 2015-му составил порядка 13% в денежном и 16% в натуральном выражении. За первое полугодие 2017-го в нашей стране реализовано интерферонов на сумму порядка 10,5 млрд руб. Темпы роста — 3% в рублях.

По словам директора по развитию RNC Pharma Николая Беспалова, основная доля рынка в денежном выражении приходится на препараты для лечения рассеянного склероза (60%). Интерфероновый сегмент отличается и по соотношению в нем продукции отечественных и иностранных производителей. Доля отечественной продукции в стоимостном выражении здесь выше, чем в среднем по рынку, — около 55%.

В группе препаратов для лечения рассеянного склероза доля российской продукции составляет по итогам первого полугодия текущего года примерно 30% (в деньгах), поясняет Николай Баспалов, тогда как по группе препаратов для профилактики и лечения простудных заболеваний она близка к 100%.

Интерфероны и индукторы интерферонов для лечения ОРВИ применяют только на территории стран СНГ: это наследие советской медицинской школы. На Западе безопасность и эффективность этих препаратов считается недоказанной.

Новые схемы лечения

Последние научные открытия в значительной степени изменили представления о сфере и объеме применения интерферонов в будущем. В частности, прорывом стало появление на рынке нового класса препаратов от гепатита С, которые в отличие от классической схемы лечения этой болезни не требуют дополнительного применения интерферонотерапии. Эффективность новой противовирусной терапии приближается к 100%, в то время как эффективность схемы лечения с интерферонами — 40–50% и к тому же может сопровождаться тяжелыми побочными эффектами.

В 2011 году Управление по контролю за продуктами и лекарствами США (FDA) впервые разрешило использовать принципиально новый подход в иммунотерапии для лечения поздних стадий меланомы; новый класс препаратов назвали ингибиторами иммунных чек-пойнтов (immune checkpoint inhibitors). В 2015-м Американское общество клинической онкологии (American Society of Clinical Oncology, ASCO) признало иммунотерапию главным достижением в онкологии за год.

По данным американской Persistence Market Research, выручка от продажи иммунных ингибиторов на глобальном рынке достигнет к концу 2017 года $7,322 млрд, а к 2025-му вырастет до $27,846 млрд.

«Можно сказать, что в онкологии был открыт бозон Хиггса после того, как иммунотерапия начала работать», — пояснил РБК+ Ярослав Ашихмин, к.м.н., заместитель главного врача, главный терапевт Ильинской больницы. По его словам, интерфероны уже не являются последним словом в иммунотерапии. Если раньше, в эпоху интерферонов, у врачей были веские причины опасаться, что влияние на какие-то звенья иммунитета может приводить к отдельным крайне негативным последствиям, то теперь у нас появляются все более и более точные модели взаимодействия с иммунными клетками, отмечает Ярослав Ашихмин.