Целого вуза мало
Материалы выпуска
Чиновник и цифра Решения Целого вуза мало Экспертиза «Новые технологии добавляют интерес к инженерным специальностям» Инструменты «Проектную деятельность нужно интегрировать в учебный процесс» Инструменты
Экспертиза
0
Материалы подготовлены редакцией партнерских проектов РБК+.
Материалы выпуска
Целого вуза мало
По распространенноcти допобразования для взрослых Россия вдвое отстает от среднеевропейского уровня. Повышение в стране пенсионного возраста делает непрерывное обучение особенно актуальным.
Фото: Getty Images

Технологический прогресс уже сократил «срок годности» знаний, полученных в университете, до трех-пяти лет. Однажды полученное, высшее образование больше не гарантирует стабильной карьеры: удержаться на плаву специалисту или менеджеру позволит только непрерывное обучение.

С учетом перспективы повышения пенсионного возраста возможность обучения на протяжении всей жизни становится особенно ценной, говорит директор Центра экономики непрерывного образования РАНХиГС Татьяна Клячко. Между тем после 50 лет, по ее словам, включенность работников в программы дополнительного профессионального образования (ДПО) резко падает, и если эта ситуация не изменится, пожилые работники «будут тормозить развитие экономики или массово становиться безработными».

Пока же только 17% россиян в возрасте от 25 до 65 лет ежегодно проходят различные образовательные программы. По этому показателю, согласно данным Центра стратегических разработок НИУ ВШЭ, Россия вдвое отстает от среднеевропейского уровня, и вчетверо — от Швейцарии и стран Скандинавии.

Впрочем, именно современные технологии — развитие интернета как всеобщей библиотеки и глобального университета — повышают доступ к обучению и делают возможной реализацию концепции lifelong learning, считает старший вице-президент компании «ПроОбраз» Дмитрий Волошин.

Переобучение в планах

О непрерывном образовании в нашей стране говорили еще 40 лет назад: первой попыткой внедрения подобной инициативы можно считать комплексную программу научно-технического прогресса СССР до 2005 года. В документе предлагалось организовать всеобщее непрерывное профессиональное образование, поскольку действующая система повышения квалификации раз в пять лет была в основном формальной и не способствовала экономическому росту. Уже в то время американский инженер повышал квалификацию ежегодно, а рабочие, например, французского завода Renault переобучались раз в два-три года. «В постсоветской России тема непрерывного образования постоянно поднимается, однако реализовать концепцию в требуемых масштабах так и не удалось», — сетует Татьяна Клячко.

В 2010 году повышение квалификации или переподготовку в среднем по России прошли 15,8% работников, в 2013-м, спустя год после указа президента, требовавшего повысить охват непрерывным образованием работников 25–65 лет до 37%, эта цифра снизилась до 13,8% (данные Росстата). Только в 2016 году России наконец удалось обогнать по этому показателю СССР: более 6 млн работающих граждан прошли образовательные программы. Большая часть из них (44%) обновляли ранее полученные навыки через курсы ДПО, около 30% получили новую профессию, еще 23% учились на краткосрочных программах, согласно данным исследования Института образования НИУ ВШЭ «Обучение и образование взрослых: востребованные программы, возрастная и отраслевая структуры».

Не последнюю роль в росте доли «обучающихся работающих» сыграло усиление требований на уровне законодательства. Так, учителя и государственные и муниципальные служащие обязаны повышать квалификацию минимум раз в три года, постоянно переобучаться по закону должны и врачи. «Образование и педагогические науки» — самая востребованная (около 23%) группа программ ДПО за 2016 год, на втором месте «Клиническая медицина и сестринское дело» — более 14% (данные Росстата). Наименьший охват всеми видами образовательных программ для взрослых в отраслях, связанных с физическим, ручным и низкоквалифицированным трудом: «рыболовство», «сельское хозяйство, охота и лесное хозяйство» и «оптовая и розничная торговля».

Стимул сверху

В целом непрерывное образование в России пока остается скорее формальным выполнением требований сверху, нежели добровольным желанием повышать квалификацию и приобретать новые навыки и знания, говорит Дмитрий Волошин. Одна из сложностей реализации концепции lifelong learning — культурные особенности россиян: люди привыкли мыслить категорией одного учебного заведения и одной специальности на всю жизнь.

Не видят соотечественники в образовании и лекарства от жизненной неуспешности, отмечает руководитель рабочей группы по непрерывному образованию Института образования НИУ ВШЭ Илья Коршунов.

Существующая система образования очень слабо связана с реальной востребованностью на рынке труда, согласен генеральный директор «Севергрупп TalentTech» Артем Кумпель: «Часто человек тратит пять лет жизни на знания, которые не использует: либо полученная специальность оказывается невостребована, либо оплата труда не позволяет достойно жить».

Отсутствие стимулов со стороны работодателей — серьезный демотиватор для работников, пришли к выводу авторы опроса Центра экономики непрерывного образования РАНХиГС: более 42% участников исследования отметили, что «на их работе нет потребности в непрерывном профессиональном образовании». Среди других причин нежелания учиться после получения диплома — нехватка у работников времени (25,5%) и денег (17,3%).

Точки роста

Между тем у рынка дополнительного образования есть потенциал для роста, отмечает Артем Кумпель. Сегодня объем рынка дополнительного профессионального образования в России оценивается в 146 млрд руб., по данным исследования East-West Digital News, компании «Нетология-групп» и Фонда развития интернет-инициатив. На рынке доступны различные программы ДПО и краткосрочные курсы, стремительно развиваются онлайн-обучение, наставничество и коучинг на предприятиях, растет число частных образовательных компаний. 60% всех слушателей проходят повышение квалификации или переподготовку в университетах, еще 20% — в техникумах и колледжах, остальные — в активно растущем секторе независимых образовательных организаций дополнительного образования, говорит Илья Коршунов. «Такие провайдеры мобильны в приглашении ведущих специалистов-профессионалов, легко вступают в кооперацию с корпоративными учебными центрами и экспертами из реального сектора. Число таких независимых провайдеров растет на 10% ежегодно», — отмечает он.

Рост числа самозанятых людей — еще один стимул для развития непрерывного образования. Специалисты, работающие вне организаций, еще сильнее заинтересованы в повышении собственной квалификации.

В России нужно распространять лучшие зарубежные практики, считает Илья Коршунов. Например, государственное софинансирование профессиональной переподготовки. В 2016 году французское правительство открыло для своих граждан 3,3 млн ученических счетов, с которых ежегодно работники могут получить до €500 для приобретения новых компетенций. Хорошо зарекомендовала себя в европейских странах система открытых университетов для взрослых, которая просвещает граждан разных возрастов в правовых, финансовых, цифровых и медицинских вопросах, зачастую на уровне, касающемся повседневной жизни.

В России тоже есть примеры успешного внедрения непрерывного образования. В таких отраслях, как добыча полезных ископаемых, нефтяная или газовая отрасль, банковская сфера и обучение взрослых уже сегодня находится на уровне лучшего мирового, приводят данные исследования в Институте образования НИУ ВШЭ.

В нефтегазовой отрасли охват программами непрерывного профессионального образования почти 40%, в нефтехимии — больше 37,5%, в металлургии — почти 37%, в транспорте — 27,2% (данные РАНХиГС). Причина очевидна: в этих индустриях бизнесу необходимо быть максимально технологичным, чтобы повысить собственную конкурентоспособность и производительность человеческого капитала, и цена вопроса велика.