«Инновации в образовании требуют четких правил игры»
Материалы выпуска
Айтишники с MBA: какие топ-менеджеры требуются компаниям Рынок «Инновации в образовании требуют четких правил игры» Экспертиза Цифровое поколение: какие технологии внедряются в школах Инструменты
Экспертиза
0
Материалы подготовлены редакцией партнерских проектов РБК+.
Материалы выпуска
«Инновации в образовании требуют четких правил игры»
Об условиях перехода системы управления вузами на объективные и открытые данные РБК+ рассказал ректор опорного Тольяттинского государственного университета Михаил Криштал.
Фото: Артем Чернявский

— В рамках формирования на конкурсной основе иерархической системы ведущих вузов страны появились университеты с теми или иными статусами — «федеральный», «национальный исследовательский», «опорный», «центр инновационного развития», участник программы «5–100». Что стоит за этими понятиями, что эти статусы отражают?

— В федеральном законе «Об образовании» определение «ведущие вузы» не дано. Сам термин «ведущий» в законе употребляется только в отношении двух университетов — Московского государственного университета имени М.В. Ломоносова и Санкт-Петербургского государственного университета. В законе «Об образовании» в отдельные категории выделяются федеральные и национальные исследовательские университеты (ФУ и НИУ), но указание на то, что они ведущие, в законе отсутствует. Уже после принятия закона был запущен проект «Повышение конкурентоспособности ведущих университетов Российской Федерации среди ведущих мировых научно-образовательных центров». Сокращенно — проект «5–100», поскольку его цель — вхождение не менее пяти ведущих российских вузов в топ-100 мировых рейтингов. То есть в самом названии проекта уже фигурирует слово «ведущий», причем дважды. Проект дает основания вузам, входящим в него, относиться к ведущим университетам страны. При этом формально в конкурсе мог участвовать любой вуз. Сегодня в проекте 21 вуз, четыре из которых не являются ни федеральными, ни национальными исследовательскими университетами.

В 2015 году начался процесс создания в регионах опорных университетов (ОУ) из числа вузов федерального подчинения. А в 2016 году был принят приоритетный проект «Вузы — центры инноваций». Он объединил идею программы «5–100» по обеспечению «глобальной конкурентоспособности в 2018 году не менее пяти, а 2025 году не менее десяти ведущих университетов», с задачей по созданию во всех российских регионах «университетских центров инновационного, технологического и социального развития регионов».

Как следует из конкурсной документации второго отбора опорных вузов, формироваться опорные университеты в целях социально-экономического развития субъектов РФ будут в том числе за счет создания университетских центров инновационного, технологического и социального развития регионов. То есть вторая цель, которую объединил в себе проект «Вузы — центры инноваций», коррелирует с программой опорных университетов.

— Какие вузы могут претендовать на звание «центр инновационного развития»?

— Для отбора таких центров в 2017 году проводился специальный конкурс среди высших учебных заведений. Его итоги показали, что статус центра инновационного, технологического и социального развития региона может получить фактически любое высшее учебное заведение региона, в том числе национальный исследовательский университет, федеральный, опорный или вуз из первой сотни мировых рейтингов.

Фактически это был запрос на оферту от вузов: в обмен на статус требовалось ему соответствовать. При этом, несмотря на то, что вузы напрямую не получали никаких преференций и финансирования, на конкурс была подана 121 заявка. В итоге статус «центра инноваций» получил 51 вуз, при этом часть этих вузов на момент участия в конкурсе имела одновременно статус федерального университета и поддержку в рамках проекта «5–100», а часть вообще не имела никаких статусов.

Причем некоторые вузы, до сих пор не имевшие какого-либо высокого статуса, по ряду показателей опережали статусные учебные заведения.

Результаты этого конкурса и в целом процесс создания университетских центров, появление опорных университетов в регионах, а также накопившиеся инновации в образовании показали, что федеральный закон «Об образовании» уже не вполне отвечает сформированным на сегодняшний день реалиям. Назрели достаточно серьезные корректировки этого закона.

— Для чего вообще нужна вся эта иерархия ведущих вузов?

— За каждым статусом идут деньги. Причем не только от государства. Статус — это знак качества, который привлекает абитуриентов и заказчиков научных исследований и разработок. Узаконивание и четкое определение того или иного статуса должны служить отправной точкой для определения понятных и прозрачных правил попадания в ту или иную категорию ведущих вузов и их финансирования. Опять же законодательное закрепление дает определенную стабильность и помогает обеспечивать устойчивость развития этих вузов. Инновации в образовании требуют четких правил игры.

На элементарном понятийном уровне «ведущий» означает «лидирующий». Я бы выделил два принципа отнесения к «ведущим»: территориальное лидерство в системе образования и экстерриториальное отраслевое научное лидерство. По сути МГУ, СПбГУ, федеральные и опорные университеты в целом задают системообразующую федеральную вертикаль вузов с явной привязкой к территории: МГУ и СПбГУ лидируют на всей территории России, федеральные университеты — в своих федеральных округах (макрорегионах), а опорные университеты — в регионах. Также вполне логично, что больше половины национальные исследовательских университетов в настоящее время сосредоточено в Москве и Петербурге (15 из 29). Экстерриториальный принцип отраслевого научного лидерства не может ограничиваться территорией даже Российской Федерации. Такие вузы должны лидировать в мире, поскольку наука интернациональна. Экстерриториальный характер носит и проект «5–100».

Статус университетского центра также имеет территориальную привязку, однако, давая оценку вуза с другой стороны, может сочетаться не только с экстерриториальной программой «5–100» или статусом НИУ, но также с другими территориальными статусами — ФУ или ОУ.

— Насколько сегодня прозрачны правила игры, понятны критерии оценки вузов?

— Общая стратегическая линия по построению вузовской вертикали — или, точнее, пирамиды — выдерживается.

Появление новых программ или статусов только на первый взгляд может показаться нелогичным. На самом деле в настоящее время в России складывается достаточно стройная модель вузовской системы, вполне соответствующая современным целям и задачам инновационной экономики. Просто надо очень четко понимать, какую нишу разумно стремиться занять тому или иному вузу.

Конечно, не может устраивать не вполне прозрачная ситуация с отбором вузов для участия в той или иной «статусной» программе. И хотя в итоге получается довольно адекватная картина, формируется она часто на «ручном» управлении и не может не давать сбоев. Например, МГИМО, чье название само по себе является брендом и который входит в ряд международных рейтингов, не является участником проекта «5–100», а несколько вузов — участников этого проекта не демонстрируют высоких результатов в рейтингах.

Требуют пересмотра отчетные показатели статусных вузов, анализ которых, а их всего 67, показывает, что ряд из них совпадают или, не совпадая в точности, так или иначе похожи по методике расчета или отражают близкие характеристики вузов. Кстати, все 14 показателей федеральных и национальных исследовательских университетов абсолютно идентичны. Не уверен, что это правильно, поскольку эти программы отвечают разным задачам.

Многие показатели совпадают с показателями мониторинга эффективности деятельности образовательных организаций высшего образования Минобрнауки РФ (с мая 2018 года — Министерство науки и высшего образования РФ. — РБК+). Это дает предпосылки к построению открытой системы оценки ведущих вузов. Если показатели для всех «статусных» вузов брать из мониторинга эффективности и других открытых источников, например, в качестве показателя брать наивысшую позицию в мировых рейтингах, не возникало бы никаких вопросов. И наоборот — если показатели нельзя получить из открытых источников, это не есть хорошо.

Сейчас достаточно данных, чтобы на основе единых показателей построить единую систему для выделения вузов с тем или иным статусом или категорией из числа ведущих.

— Что мешало построить такую открытую и прозрачную иерархическую систему раньше?

— Мониторинг эффективности впервые был проведен в 2012 году, а в той форме и с теми показателями, которые есть сейчас, ему всего четыре года. Все издержки вполне оправданно списываются на то, что система выстраивалась с нуля.

Сейчас есть шанс сделать так, чтобы она заработала практически самостоятельно на основе саморегулирования. При этом назрела необходимость закрепить принципы функционирования этой системы, дать общие подходы к оценке эффективности реализации тех или иных программ. В том числе надо законодательно дать определение «ведущим университетам». Необходимо разработать и дать общие критерии оценки результатов участия вузов в федеральных конкурсах и программах, по которым уже накопилась критическая информационная масса.

Сегодня существует уникальная возможность на основе полученного опыта и имеющихся информационных источников создать объективную систему оценки соответствия вуза тому или иному статусу. Фактически может быть создана система управления деятельностью вузов на объективных и открытых данных. Если созданная на сегодня система будет узаконена и зафиксирована хотя бы на пять лет, это даст стабильность в развитии. Система станет саморегулируемой, легко прогнозируемой и, главное, понятной всем участникам процесса. Сегодня этого хотят практически все вузы.