Судный день бизнеса
Материалы выпуска
Право естественного отбора Рынок Рейтинг «Право.ru-300»: создание ценности для бизнеса Экспертиза «Право.ru-300»: Рейтинг-2018 Экспертиза Судный день бизнеса Решения Законодатель с человеческим лицом Решения Будущее право Инновации Цифровая экономика: тренды-2018 Экспертиза
Решения
0
Материалы подготовлены редакцией партнерских проектов РБК+.
Материалы выпуска
Судный день бизнеса
Решения судебной коллегии по экономическим спорам (экономколлегии) Верховного суда РФ влияют на практику экономических споров, а знание позиции высшего судебного органа становится преимуществом в разбирательстве.
Фото: Getty Images Russia

В уходящем году ВС РФ подробно разъяснил, когда бизнесу не скрыться в тени, какие мировые соглашения не удастся заключить и когда собственника бизнеса сочтут виновным в банкротстве компании.

Несколько раз в этом году ВС объяснял, когда долги обанкротившегося предприятия придется выплачивать его собственнику или директору, то есть нести субсидиарную ответственность. Так, в деле №А12–18544/2015 экономколлегия указала, что руководителя компании-банкрота можно освободить от «субсидиарки», если он докажет, что выполнял экономически обоснованный план для выхода организации из кризиса.

Как собственника бизнеса выведут из тени

Тема субсидиарной ответственности стала главной и в споре №А33–1677/2013 между должником ООО «ИНКОМ» и его кредиторами — предприятием «Наша вода» и одной из налоговых инспекций Красноярского края. Суды установили, что причиной банкротства стали действия концерна, который контролировал компанию. Так, должник перечислил концерну 4,2 млрд руб. по документам якобы «за зерно» (хотя контрагенты не имели бумаг, которые подтверждали поставки товара). А 2,5 млрд руб. из переведенных денег в дальнейшем получил конечный собственник концерна. На основании этих доказательств суды привлекли концерн к «субсидиарке», но собственник ответственности избежал.

Экономколлегия пояснила, что в подобных случаях надо обращать внимание на синхронность действий собственника бизнеса и его компании. Судам надо изучить и стратегию фирмы, которая позволяет обогатиться только теневому владельцу организации, а для самого предприятия является убыточной. Если совокупность этих косвенных доказательств будет убедительной, суд обязан принять ее во внимание, следует из определения ВС. И тогда именно собственнику бизнеса придется доказывать свою невиновность в произошедшем банкротстве.

Дмитрий Якушев, старший юрист АБ «Андрей Городисский и партнеры», объясняет важность этого решения для предпринимателей тем, что фактического собственника бизнеса разрешили привлекать к ответственности, даже если нет прямых доказательств его управления обанкротившейся фирмой. Но остается вопрос, что делать, когда истинный владелец компании знает о перечисленных критериях и переводит деньги с перерывами и небольшими суммами, замечает Оксана Петерс, управляющий партнер «Тиллинг Петерс».

Мировое соглашение может не устоять в суде

В другом разбирательстве о субсидиарной ответственности три инстанции признали, что до банкротства компанию «Дальняя степь» довели организации, которые ее контролировали, — ООО «Эйч-эс-би-си Банк (РР)» и компания HSBC Management (Guernsey) Limited. Суды по заявлению конкурсного управляющего постановили взыскать с них 1,25 млрд руб. долгов по неуплаченным должником налогам (дело №А22–941/2006). Когда спор дошел до ВС, стороны попросили суд утвердить мировое соглашение, но получили отказ.

В экономколлегии пояснили, что суд не стал утверждать мировую в этом деле, так как стороны не раскрыли мотивы условий этого документа. Судей ВС не устроил и пункт мирового соглашения, который запрещает сторонам в дальнейшем оспаривать обстоятельства, установленные арбитражными судами по этому делу. Таким образом, по мнению ВС, участники процесса не назвали «реальные цели» соглашения. Вместе с тем ВС согласился с выводами нижестоящих инстанций о том, что фирму можно привлечь к субсидиарной ответственности, если она входит в одну группу компаний с должником. Но основополагающим моментом в спорной ситуации стало то, что банк помог вывести активы должника.

Дело «Дальней степи» несет урок бизнесу, что из-за сокрытия мотивов заключения мирового соглашения документ могут не утвердить, обращает внимание Александр Попелюк, партнер юркомпании Lidings. Сергей Коновалов из Saveliev, Batanov & Partners полагает, что экономколлегия, по сути, дала нижестоящим инстанциям карт-бланш на проверку положений мирового соглашения с точки зрения экономической целесообразности его условий для сторон.

В налоговых делах — без формализма

Вторая по объему и важности категория дел в практике коллегии по экономспорам — это налоговые и таможенные разбирательства, отмечает партнер компании «Шаймарданов и партнеры» Айнур Ялилов. И в них ВС давал разъяснения, в которых рекомендовал судам отходить от формальной оценки спорных ситуаций. Так, в деле №А40–154449/17 экономколлегия освободила компанию от уплаты налога за фактически снесенное, но виртуально существующее в ЕГРП недвижимое имущество, хотя нижестоящие инстанции сначала решили иначе. А в споре №А33–17038/2015 ВС подробно разъяснил, как компании вернуть НДС, уплаченный за сделку, которую впоследствии признали недействительной.

В другом деле компания заправила судно другой организации топливом, которое в декларации обозначили как «припас», чтобы уплатить таможенные сборы по льготной ставке. Но таможня обнаружила, что объемы «припаса» значительно превышали нужды судна, доначислив фирме 7,5 млн руб. Суды признали решение таможенников законным (дело №А40–128277/2015). Спор дошел до ВС, который решил, что начисления надо производить не на весь объем топлива, а лишь на то, которое можно считать излишком. Иной подход означал бы применение к компании меры юридической ответственности, которой нет в нашем законодательстве, подчеркнул ВС.

В таких ситуациях права и обязанности предпринимателей должны определяться исходя из действительного экономического смысла проведенных операций, приветствует подход ВС Сергей Савсерис, старший партнер «Пепеляев Групп». Эта правовая позиция носит универсальный характер и обеспечивает справедливое и равное налогообложение.

Разумный срок для налоговой проверки

Уточненная налоговая декларация может повлечь за собой «уточняющие» налоговые проверки. Инспекция в 2015 году прибыла в компанию «Т-Плюс» с выездной проверкой, чтобы проверить сведения из уточненной декларации еще за 2010 год. Компания посчитала такие действия инспекции незаконными и оспорила их в судебном порядке (дело №А40–230080/2016). Три инстанции признали действия налоговиков законными. Компания обратилась с жалобой в Верховный суд РФ, где указала, что законодательное ограничение глубины проверки трехлетним периодом защищает налогоплательщиков. Иначе у инспекции возникает неограниченное по времени право проводить выездные проверки, подчеркивает компания.

Экономколлегия встала на сторону налоговой, уточнив, что повторную выездную налоговую проверку налоговики не могут проводить без учета оценки разумности срока, который прошел с момента подачи уточненной налоговой декларации. Но оценивать этот период следует с учетом всех обстоятельств, которые обеспечивают баланс интересов предпринимателей и государства.

Теперь налогоплательщики, подав уточненную декларацию за уже закрытый выездной проверкой налоговый период, вновь открывают его для повторной проверки, констатирует старший юрист налоговой практики Bryan Cave Leighton Paisner (Russia) LLP Кирилл Рубальский.

Защитить инвестора и списать долги

Высказались судьи Верховного суда и по вопросу списания старых безнадежных долгов компании в более позднем периоде (дело №А41–17865/2016). Налоговая и суды посчитали, что списать безнадежный долг можно лишь в том году, когда по нему истек срок исковой давности. Но экономколлегия указала, что компания может исправить налоговую ошибку и в другом периоде, если эта ошибка привела к переплате налогов. Предполагается, что «к моменту исправления ошибки не истек трехлетний срок возврата переплаты, в течение которого налогоплательщик может ею распоряжаться», уточняет ВС.

В решении экономколлегии содержатся сразу несколько выводов, которые имеют высокую важность для налогоплательщиков, подчеркивает Андрей Белик, налоговый юрист БПП «Фрейтак и сыновья». Во-первых, ВС признал, что безнадежными можно признать даже те долги, которые кредитор не пытался активно взыскать с контрагента, отмечает эксперт. Одобряет он и вывод коллегии о том, что право исправить налоговую ошибку в другом периоде ограничивается сроком три года: «Позиция суда по этому вопросу является справедливой. Иначе налогоплательщики могли бы де-факто возвращать налоги, обходя императивное правило статьи 78 Налогового кодекса РФ о трехлетнем сроке».

В этом году экономколлегия в очередной раз поддержала интересы иностранных инвесторов. ВС РФ в деле №А27–25564/2015 пояснил, что зарубежные компании, которые косвенно участвуют в капитале российских дочерних организаций, тоже имеют право на налоговые льготы по соглашению об избежании двойного налогообложения. Аналогичными преференциями обладает и заграничное предприятие, которое, выдав заем отечественной фирме, фактически инвестировало в ее капитал, подчеркнула экономколлегия в споре №А40–176513/2016.

Такие решения показывают готовность ВС РФ учитывать экономическую сущность сложившихся отношений, подчеркнул юрист налоговой практики Vegas Lex Денис Кожевников.